"Спящая красавица" Респиги

★★★★☆

Ottorino Respighi, "La bella dormente nel bosco"

Первая постановка: 1922, Рим

Продолжительность: 1ч 20м
Либретто на итальянском языке,

  Джанни Бристольфи по сказке Шарля Перро (1697)

Уолтер Крейн, иллюстрация к сказке Шарля Перро, 1911
Wikimedia Сommons / Public Domain

Адаптация всем известной сказки Шарля Перро — правда, с осовремененной концовкой: принц находит уснувшую принцессу уже в 20-м веке.

Детская опера Отторино Респиги, изначально предназначенная для постановки в кукольном театре. И хотя чаще "Спящую красавицу" ставят как полноценную оперу, специфика кукольного представления хорошо заметна: коротенькие сцены, множество экстравагантных персонажей, ставка на музыкальные и театральные спецэффекты, а порой — и на танцевальные эпизоды, ритмичные и тоже совершенно "кукольные". Все это на самом деле неплохо: по крайней мере, опера не скучна, и хорошо справляется с задачей привлекать детское (да и взрослое) внимание на протяжении всех полутора часов действия.

С точки зрения музыки, перед нами — типичнейшая эклектика с калейдоскопической сменой стилей. Чего тут только нет: и ироничные стилизации под барокко и ранний немецкий романтизм, и перепевы Вагнера, Дебюсси, Равеля и Стравинского, и совершенно пуччиниевские пейзажно-хоровые сцены, и, конечно же, веризм, особенно заметный в партии принца. Но опера вовсе не выглядит замшелой энциклопедией стилей: она написана с детской непосредственностью, очень важной для сказки, и ощущение чего-то красочного и волшебного действительно создается. "Спящая красавица" создавалась в той же период творчества Респиги, что и его знаменитые симфонические поэмы "Фонтаны Рима" и "Пинии Рима", и она им очень близка — по живости, свежести, оптимизму, по разнообразию и яркости образов.

Одним словом, "Спящая красавица" — это опера, которой хочется симпатизировать, и уж однозначно она производит куда лучшее впечатление, чем другая известная опера Респиги — тягомотное и мелодраматичное "Пламя", написанное куда позднее. Удачных опер-сказок не так и много, и за сказочность "Спящей красавице" вполне можно простить и то, что все партии в опере коротенькие, по сути — эпизодические, а персонажи оперы так и остаются яркими картинками, нигде по-настоящему не оживая. Ну и что: зато этих картинок много, и меняются они часто, так что ощущение сказки остается и не проходит вплоть до финала.

Куда больше раздражает, что автор порой перегибает палку по части эклектики, и это серьезно вредит восприятию. Очень странным получился образ главной героини: вот лучше бы она вообще молчала, потому что когда она начинает петь, это напоминает то ли вагнеровскую Изольду, то ли пуччиниевскую Тоску, но уж никак не сказочную принцессу. Ну разве что — принцессу Турандот, но это, все-таки, совсем другая сказка. Еще более странным получился финал, где сказочные герои начинают бодро танцевать кейкуок, начисто убивая все ощущение волшебства (замечу — вполне себе европейского волшебства!), которое до этого так тщательно создавалось. Получается, что мораль сей сказки такова: пришли американцы, всех победили, и всем стало хорошо. Вот такая вот грустная мораль эпохи смерти оперы. Мораль, которую ведущие композиторы тех времен прекрасно понимали и пытались иронически осмыслить, но почему-то от этого делается еще грустнее. Эх, красивая была сказка, вот только кончилась она кейкуоком...

Уолтер Крейн, иллюстрация к сказке Шарля Перро, 1911
Wikimedia Сommons / Public Domain

Исполнения:

(дир - Krzysztof Słowiński, пост - Michał Znaniecki, худ - Luigi Scoglio, Teatr Wielki, Познань, 2012)

★★★★☆

"Спящая красавица" Респиги — это вполне удачное попадание в формат "оперы-сказки", а потому и вспоминают об этой опере не так уж и редко. Спектакль из оперного театра в польском городе Познань может похвастать удачной, зрелищной постановкой, что для восприятия этой целиком рассчитанной на внешний эффект оперы — пожалуй, главное. Не обошлось и без постмодернистских вывертов: спектакль с ходу разочаровывает зрителя, начинаясь как экономичная современная постановка "в пиджаках", но потом на сцену все-таки приходит сказка, и постановка с ее приемом "волшебного экрана" очень удачно подчеркивает всю хрупкость и ирреальность происходящего на сцене чуда. Звучанию оркестра тоже не занимать красочности, а вот пение не особенно впечатляет. Не хочется даже останавливаться на конкретных недочетах: увы, в вокальном отношении это спектакль не слишком удачный. Впрочем, нечего сетовать: в наши времена с исполнением опер веристской эпохи проблемы не только в Познани, но, порой, даже в Милане и в Нью-Йорке. А ведь все равно музыка и постановка делают свое дело: позитивному впечатлению от спектакля не помешали ни проблемы с вокалом, ни принцесса с замашками Тоски, ни внезапная американщина в финале.

"Замок герцога Синяя Борода" Бартока

★★★★★

B.Bartók, "A kékszakállú herceg vára"

Первая постановка: 1918, Будапешт

Продолжительность: 1ч

Либретто на венгерском языке, Бела Балаж по сказке Шарля Перро (1697)

Гюстав Доре, иллюстрация к сказке Шарля Перро, 1862
Wikimedia Сommons / Public Domain

Единственная опера Белы Бартока — мрачная, загадочная, полная внутреннего напряжения. Этакий оперный эквивалент "Носферату. Симфония ужаса": гибрид экспрессионизма, символизма и хоррора, который мог возникнуть только в начале 20-го века, и просто обречен стать классическим. Бартоку здесь удалось создать своеобразный музыкальный аналог мистического фильма ужасов, способный выжимать адреналин не хуже любого, пусть даже и самого жуткого готического триллера. Пожалуй, по музыке ближе всего к этой опере стоит «Пеллеас и Меллизанда» Дебюсси – если бы та была начисто лишена лирики и спрессована почти до крика. И конечно же, влияние драматургии Метерлинка здесь чувствуется на каждом шагу, хотя сама пьеса не имеет ни малейшего отношения к пьесе Метерлинка «Ариана и Синяя Борода», а является оригинальным произведением венгерского литератора Белы Балажа. Кстати, судьба либреттиста оперы настолько интересна, что заслуживает отдельного рассказа: коммунист и революционер, Балаж в 1919 году был вынужден переехать в Германию, где приобрел известность как сценарист и кинокритик. В 1932 Балаж в соавторстве аж с будущей легендой немецкого кино Лени Рифеншталь снимает по собственному сценарию фильм «Синий свет». В 1933 из-за нарастания фашистских настроений еврей и коммунист Балаж уезжает в Советский Союз, где начинает съемки фильма «Тиса горит», который так и не был окончен в связи с волной репрессий, прокатившихся среди венгерских политэмигрантов. Тем не менее, Балаж счастливо избежал репрессий и в 1945 году вернулся в родную Венгрию. В это время его соавтор Барток умирал в далеком Нью-Йорке, но впечатления от его поздних сочинений с лихвой хватило, чтобы обеспечить Бартоку заслуженную славу, а его единственной опере – гарантировать достаточно частые исполнения. 

Гюстав Доре, иллюстрация к сказке Шарля Перро, 1862
Wikimedia Сommons / Public Domain

Исполнения:

(Bluebeard - Siegmund Nimsgern, Judith - Tatiana Troyanos, BBC Symphony Orchestra, Pierre Boulez - 1976) 
★★★☆☆

Эту запись трудно назвать идеальной, и слабым звеном здесь является, как это ни странно, Нимсгерн. Вообще-то я с большим уважением отношусь к этому певцу, но здесь ему не удалось спеть своего Герцога ни настолько красиво, чтобы его персонаж трогал за душу, ни настолько мрачно, чтобы действительно вселять ужас. И это очень обидно, так как его напарница Татьяна Троянос поет просто неподражаемо здорово, умудряясь за счет огромного голосового диапазона и умелого использования вибрато передать тончайшие оттенки страха, надежды и настороженности. Игра оркестра под управлением легендарного Пьера Булеза также достойна всяческих похвал – но, увы, в отсутствии действительно удачного Герцога опера сильно теряет в своем воздействии.