"Риччардо и Зораида" Россини

★★★☆☆
G.Rossini, "Ricciardo e Zoraide"
Первая постановка: 1818, Неаполь
Продолжительность: 3ч
Либретто на итальянском языке, маркиз Франческо Берио ди Сальса по поэме Никколо Фортегуерри "Ричардетто" (1738)

Руины "Церкви гранитных колонн", Старая Донгола, Судан
© Lucio A / Wikimedia Сommons / CC-BY-SA-3.0

Крестоносец Риччардо пытается освободить нубийскую принцессу Зораиду, которая томится в плену у Агоранте, царя города Донгола в среднем течении Нила.

И снова штампы оперы-сериа не дали Россини в очередной своей опере добиться чего-то значительного. А ведь литературный первоисточник был далеко не безнадежен. Каноник Никколо Фортегуерри писал свою поэму "Ричардетто" для души, писал многие годы, и опубликована она была только после его смерти. В "Ричардетто" немало сказочной фантастики, а еще — вполне злободневной сатиры на нравы, в том числе и духовенства. Но всего этого вы в опере, увы, не найдете. Россини вообще старался избегать фантастики в сюжетах, да тут еще и обратился к услугам далеко не самого способного из своих либреттистов. Точно так же как римские (предназначенные для премьере в Риме) оперы Россини частенько написаны на тексты римского поэта Якопо Ферретти, так и неаполитанские ("Отелло" и "Риччардо и Зораида") написаны на тексты неаполитанца — маркиза Франческо Берио ди Сальса, представителя местной аристократии, жившего в Неаполе в палаццо 16-го века, архитектором которого считается аж сам Джулио Романо, знаменитый ученик Рафаэля. В этом же палаццо собирался и устроенный маркизом литературный салон, один из самых влиятельных в Неаполе. Богач, коллекционер книг и произведений искусства, маркиз Франческо конечно же располагал достаточным временем и образованием для написания хорошего либретто, но явно не располагал достаточной смелостью и драматическим чутьем. В результате, увы, и фантастика, и комедия, и сатира исчезли из сюжета напрочь, и осталась лишь бледная штампованная мелодрама.

Палаццо Берио, Неаполь
© Pinotto992 / Wikimedia Сommons / Public Domain

Что же получилось в итоге? "Риччардо и Зораида" — трехчасовая опера из эпохи крестовых походов, скроенная по устаревшим к тому времени лекалам "оперы спасения", с африканским (нубийским) царем Агоранте в роли тирана. Музыка явно вяловата, и виной тому — слабое либретто и попытки Россини придать опере "экзотический" колорит, что сказывается уже в нестандартной увертюре, написанной как чередующиеся соло различных духовых инструментов (кстати, в этой увертюре Россини еще и позаботился, чтобы придать музыке театральность, введя перекличку со звуками оркестра за сценой — прием, впоследствии часто используемый в "большой опере"). Недостатков у оперы немало: ансамбли длинны, замедленны и скучны, все они за исключением последнего какие-то тихие и странные, и сводятся либо к траурному маршу, либо к до нелепости затянутой сцене испуга, либо к слушанью звуков оркестра за сценой. Вдобавок, в опере совершенно не удались злодеи — Зомира и Агоранте. Развернутая партия Зомиры слабо интегрирована с общим действием и потому выглядит совершенно излишней, а Агоранте кажется всего лишь еще одним лирическим героем, что сводит драматическое напряжение к нулю. Но зато "Риччардо и Зораида" — одна из тех россиниевских опер, где есть две развернутые теноровые партии, что дает певцам вволю посоревноваться друг с другом и впечатлить зрителя. 

Исполнения:

★★★★☆
(Agorante - Bruce Ford, Zoraide - June Anderson, Ricciardo - William Matteuzzi, Ircano - Giovanni Furlanetto, Zomira - Gloria Scalchi - дир. Riccardo Chailly, пост. Luca Roncini, Пезаро, 1990)

По счастью, в записи с фестиваля в Пезаро с исполнением все в порядке, тем более что Форд и Матеуцци —действительно лучшие россиниевские тенора своего поколения. К сожалению, Форд здесь не в лучшей форме, он волнуется и голос звучит несколько блекло, зато стретту в арии он спел просто блестяще. А вот Матеуцци просто потрясает — он часто поет слишком закрытым, лишенным эмоций голосом, здесь же этот певец совершенно раскрылся, выдав солнечное, потрясающего скрипичного тембра звучание, сдобренное как всегда уверенными верхними нотами. Джун Андерсон снова показала, что умеет делать россиниевские колоратурные партии драматичными и живыми. Глория Скалки — тяжеловатое, но звучное меццо, спевшая свою парию вполне профессионально. В короткой басовой партии демонстрирует мощь голоса Джованни Фурланетто (не путать с куда более знаменитым Ферруччо, они, похоже, даже не родственники). Что же касается постановки, то Ронкони удалось воспроизвести требуемый экзотический колорит, но она могла бы быть куда ярче и многолюднее. В целом — добротная, хотя скучноватая запись, прежде всего интересная ценителям россиниевских теноров.

Комментариев нет:

Отправка комментария